Малые миссии ролевых игр

При написании этой статьи, в качестве ключевого понятия, я использовал понятие «миссия», взятое из менеджмента. Миссия в менеджменте – это то, чем может быть полезен результат той или иной деятельности для той или другой группы людей или для общества в целом. В данной статье я рассмотрел возможные миссии ролевых игр живого действия с точки зрения того, что они могут принести обществу. Причем принести в самой ближайшей перспективе.
Бесспорно, ролевые игры как технология существуют десятки лет. Но в статье речь, преимущественно, будет идти об играх в которых создавалась бы декоративная обстановка максимально приближеная к моделируемой реальности. Речь идет об играх в которых были бы задействованы массы людей. Речь идет об количестве игр, которое на порядки превосходило бы количество всех ныне проводимых игр.
У ролевых игр есть огромное количество миссий и для их участников (иначе бы в них никто не играл), и большая Миссия для всего человечества (человечеств). Все эти вопросы, весьма интересны, и я думаю рассмотреть их в серии будущих своих статей.
А пока: привожу свой взгляд на то, чем могут быть полезны всему нашему большому обществу ролевые игры уже сейчас.



1. Создание постоянных поселение ролевиков на основе альтернативных экологичных технологий. В предельно широком варианте – создание новых культурно-природных заповедников.

По оценке, около 10% участников ролевого движения достаточно интровертированные люди, т.е. глубоко погруженные в мир своих переживаний, оторвавшиеся от мира, ушедшие от него в сторону.
Вряд ли стоит расценивать это как негативное явление. В любом сообществе в любой исторический период всегда существует определенная доля таких людей. Их уход от активной общественной жизни вовсе не означает, что они потеряны для общества. Все зависит от гибкости и толерантности общества, от его готовности учитывать тонкие индивидуальные различия людей и создавать социальные ниши в соответствии с этими индивидуальными особенностями, где эти люди могут проявить максимальную социальную полезность, не переламывая себя.
В истории существуют прекрасные примеры того, как эскапизм относительно небольшого процента членов общества может принести огромную пользу этому обществу. В качестве примера - раннесредневековая Европа: Римская империя полностью разрушена. Ее культурные достижения практически никому не нужны и поэтому стремительно исчезают. Очаги культуры сохраняются лишь в христианских монастырях маленькими группами отрешившихся от жизни в большом мире людей. Благодаря ним сохранены достижения эллинов и Римлян – база, на которой позднее (кстати, на первом этапе опять же в монастырях, а не светских мастерских, лабораториях, университетах) выросла современная европейская цивилизация.
В фантастической литературе описан более монументальный пример. В «Гимне по Лейбовицу» У. Миллера-младшего в ходе глобальной военной катастрофы погибает вся цивилизация. Оставшиеся в живых опускаются до первобытного состояния и в иррациональной мести уничтожают остатки науки, техники и искусства вместе с учеными и специалистами. Группа выживших католических монахов создают Орден, главная задача которого сохранить остатки научной и технической культуры. С веками, на основе сохраненного благодаря вере, человеческая цивилизация восстанавливается до прежнего уровня. Но ее вновь постигает неудача – вот-вот должна произойти повторная глобальная военная катастрофа. И тогда Новая Римская Церковь и Орден отправляют к ближайшей звезде звездный корабль с колонистами, чтобы перевезти в единственную земную колонию часть Ордена, Святой Престол с зародышем Церкви и основы земной культуры.

Те участники ролевого движения, которых сильно не устраивает их обыденный образ жизни, вполне могли бы пойти по пути создания своего альтернативного образа жизни не только как игрового, но и как в значительной мере реального и заменяющего ныне существующий. Это были бы различные варианты уже существующей в России «деревни викингов» - поселение исторических реконструкторов в стиле поселения викингов 11 века. На основе этих поселений могли бы создаваться целые культурные зоны, где бы имитировались различные исторические, футурологические и фантастические культуры. Жизнедеятельность жителей этих поселений можно было бы обеспечивать нетрадиционными технологиями, которые бы позволяли создавать вполне городской комфорт.
Такие поселения и территории могли бы приносить существенную пользу не только их жителям, но и большому обществу. На их основе могли бы развиваться новые виды туризма. Жители этих поселений могли бы защищать эти территории от браконьеров и незаконных порубок, поддерживать существование и развитие природных экосистем. В этих поселениях и на этих территориях могли бы осуществляться научные исследования в рамках исторической психологии прошлого и будущего, проводиться эксперименты в рамках исторической науки. В них могли бы проходить психологическую адаптацию, осваивать культуру толерантности, ненасильственных способов решения конфликтов дезадаптированные дети и подростки.


2. Разработка и отработка новых технологий для коммерческого туризма.

В России уже были первые попытки использования ролевых игр для коммерческого туризма. Вот живой пример, который мне поведали некоторые его организаторы и участники: 4-5 лет назад на полигон для проведения ролевых игр под г.Тверь привозили туристов-однодневок. В течение нескольких часов они присутствовали на этом полигоне и наблюдали игру «актеров», набранных из ролевиков. По всей видимости, туристы остались относительно довольны соотношением своих затрат и полученного зрелища. «Актеры», в основной своей массе, остались весьма недовольными. Преимущественно это были люди, которые играли в игры исключительно для своего самовыражения, а значит, оставаясь в самых общих рамках правил и сценария, стремились действовать спонтанно в игре (так же как люди себя ведут в обычной жизни), творчески подходили к отыгрыванию своей роли. В рамках же коммерческой демонстрации для зрителей им приходилось действовать по четкому внешне заданному регламенту. На привычных для них ролевых играх они были творцами-ремесленниками для самих себя. На этой коммерческой игре для зрителей они стали промышленными рабочими, тупо штампующими несколько деталей от звонка до звонка.
В конце концов, после нескольких первых проб, этот вариант использования ролевых игр для коммерческого туризма умер.
Из этого случая я вынес следующую мысль: коммерческое использование ролевых игр живого действия в сфере туризма невозможно при использовании традиционных технологий индустриального общества (которые в сфере туристического бизнеса сейчас подавляюще преобладают). Индустриальные технологии предполагают достаточно четкое следование извне заданному регламенту, существенную монотонию и однообразие своей деятельности – вообще чрезмерную искусственность деятельности, неестественность ее для природы человека. Здесь же предлагается очень сложная услуга, которую могут оказать лишь работники в очень небольшой мере модифицирующие свое спонтанное поведение.
Раскрою эту мысль на достаточно уже избитом примере из совершенно другой области. Можно представить себе, что в Землю вот-вот врежется летящий на нее астероид. Уничтожить его и спасти Землю можно 2 способами. Первый. Лобовой атакой, напрягая все силы человечества, разбить его, и получить ослабленный удар его осколками. Второй. На отдаленном подходе к Земле, относительно слабым боковым ударом, с малыми затратами, отклонить его чуть от курса – и он спокойно пролетит мимо. Первый способ – пример типичной технологии индустриального общества. Второй – то, какими должны быть технологии лежащие в основе постиндустриального, информационного общества.
Вообще говоря, ролевая игра живого действия – это технология именно постиндустриальная, и она сможет получить широкое распространение только при появлении существенных элементов постиндустриального общества. При этом сами локальные ролевые игры сегодня могут становиться центрами кристаллизации этого общества.
Сегодня, более реалистичным, в связи с вышесказанным, может быть использование для коммерческого туризма т.н. «деревень викингов», первые из которых уже появились в России. В этих «деревнях» более или менее длительно будут проживать энтузиасты, которые будут стараться максимально точно имитировать внешний стиль жизни поселения определенной исторической эпохи. Не нарушая естественного процесса жизни этого поселения, в него, на ограниченное время, можно было бы «внедрять» относительно небольшую (в сравнении с общим количеством их жителей) группу туристов. Перед этим туристы должны пройти небольшую психологическую подготовку и пройти небольшую «культурную ассимиляцию» к микрокультуре данного поселения. На территории этого поселения они должны будут жить и вести себя так же, как и жители этого поселения.

В самом широком плане (выходя далеко за рамки темы «коммерческий туризм и ролевые игры»), вопрос стоит следующим образом: ролевые игры живого действия в перспективе – это «Диснейленды» или эксперименты по самореализации групп людей, объединенных общими нематериальными интересами.
На мой взгляд, должны в соответствующих пропорциях, целенаправленно и систематически развиваться оба направления и все основные оттенки переходов между ними.
Могу предложить такую мысленную модель.
Возьмем всю совокупность ролевых игр живого действия и ресурсов для них за 100%. Пусть тогда 10% игр и ресурсов будет в полностью закрытых от окружающих анклавах, где группа единомышленников играет исключительно для себя или экспериментирует для весьма абстрактных целей.
Пусть 30% игр и ресурсов будет использоваться в полузакрытом режиме – их участники проводят их для себя. Но туда могут попасть, после небольшой подготовки и соблюдения, необходимых правил игры, и люди со стороны. Их введение в игру и, соответственно повышение нагрузки на основных участников, обеспечивающих своей спонтанной игрой необходимую атмосферу и зрелищность, компенсируется «туристами» или другими внешними источниками.
Пусть 30%-40% игр и ресурсов будет сосредоточено на решении актуальных социально-значимых проблем на некоммерческой основе.
Пусть 30%-40% - будет сосредоточенно в рамках чистых «Диснейлендов».


3. Новые технологии в образовании.

Здесь в качестве примера можно привести технологию обучения и подготовки к оптимальному поведению в возможных чрезвычайных ситуациях и катастрофах. Рассматриваю вопрос использования ролевых игр именно в плане обучения данным предметам из-за двух основных причин.
Во-первых, сам лично несколько лет назад разработал бизнес-план предприятия по подготовке к ЧС через ролевые игры живого действия. И хотя бизнес-план был учебным, как мне говорили, при некоторой доработке его вполне уже можно запускать в жизнь на некоммерческой основе.
Во-вторых. Это было бы наиболее адекватным приложением живых ролевых игр как метода обучения. Две наиболее важные вещи делала бы ролевая игра, чего было бы сложно достигнуть другими методами обучения, в том числе и таким сейчас весьма популярным методом активного обучения как классические тренинги. Она психологически готовила бы к возможным чрезвычайным ситуациям. И она бы создавала стереотип поведения, который реализовывался автоматически, без каких либо промежуточных звеньев в виде припоминания материала, экстренной попытки применить заученные общие принципы или приобретенные в комнатной обстановке навыки к конкретной ситуации. Кроме того форма игры, за счет легкости введения в нее значительного развлекательного компонента, могла бы резко снизить психологические затраты обучающегося (сделать обучение значительно более легким и приятным).
Здесь следует подчеркнуть 3 важных особенности, чем учебная ролевая игра должна отличаться от «Зарницы» или учениях на полигонах:

1) своя роль должна предварительно и относительно долго и глубоко прорабатываться каждым участником;
2) основной упор должен делаться на зрелищность игры для ее участников;
3) ввод в игру должен происходить постепенно по шагам от пассивного восприятия информации до максимально активного участия в обучающем процессе
(примерная последовательность: прочитываемый текст или вводная лекция – активное обсуждение в ходе дискуссии – «комнатные» тренинги – непосредственно живая ролевая игра).


4. Моделирование исторических психологических процессов – способствование становлению исторической психологии как полноценной науке и появлению нового направления – экспериментальной истории.

История только тогда станет вполне полноценной наукой, когда она будет поставлена на экспериментальную основу, а пока она всего лишь преднаука и по своему статусу как область знания стоит на уровне психологии до 1875 года.
В рамках научной психологии только-только появилось новое направление – историческая психология. Появились первые учебники, первые исследования. Но пока она не встала на вполне твердую основу – научный эксперимент, как «старые» отрасли психологии, она тоже остается преднаукой.
В исторической науке осуществлялись лишь робкие попытки проводить исследования, отдаленно напоминающие научный эксперимент (например, та же реконструкция Туром Хейердалом плаваний через океан на моделях судов простых культур прошлого). Через ролевые игры и историческую реконструкцию можно будет ввести научный эксперимент в эти науки, которые по устоявшемуся мнению могут быть только идеографическими (т.е. лишь описывающими единичные наблюдения).
Развитие этих новых направлений в науке может способствовать выдвижению России как мирового лидера в науке постиндустриального общества. Ведь постиндустриальное информационное общество это не только IT, биоинженерия, новые материалы, но и социальные технологии, технологии помощи людям и работы с ними.
Развитие этих направлений могло бы получить большое практическое применение и внутри самой России. В России существует большой печальный опыт модернизаций и преобразований. Сейчас Россия опять стоит перед необходимостью модернизации. Это ей необходимо, чтобы хотя бы сохраниться как единое целое, сохранить свой суверенитет, удержать те позиции в мире, которые у нее пока еще сохранились, и создать основу для прорыва в мировые лидеры экономики, науки и культуры. Для этого нужна модернизация без революций и ломок. Нужно глубоко понять и учесть психические и социальные процессы, обусловленные действием различных исторических факторов. Их лучше всего изучать, моделируя, в условиях максимально имитирующих реальные, различные явления, происходившие в прошлом или прогнозируемые в будущем. Где как не в ходе живых ролевых игр это можно будет сделать лучше всего.


5. Эксперименты по апробации и внедрению в обыденную жизнь нетрадиционных технологий жизнеобеспечения. В более широкой перспективе - отработка технологий оптимальной адаптации населения к техническим инновациям, социальным преобразованиям.

В отношении первой части данного пункта.
Около месяца назад смотрел по телеканалу РБК информационное сообщение из штата Калифорния. Там Шварценеггер решил способствовать широкому внедрению в обычную жизнь малой солнечной энергетики. Обосновывалось все чисто коммерческими рассуждениями: нефть будет только дорожать, калифорния оно из самых солнечных мест на земле – в ближайшие лет 5-10 новшество вполне окупит себя. Стоимость солнечных батарей для энергоснабжения стандартного американского дома ок. 20 тыс. долларов. Примерно 8 тыс. из них готово оплатить правительство штата – в этом случае для стандартного американского обывателя уже сейчас солнечные батареи будут экономически выгодны.
Но данный подход предполагает абстрактного «экономического» человека все делающего сугубо из рационально воспринятой экономической выгоды. Думаю, что даже прагматичные американцы очень далеки от этой идеальной экономической модели человека. Что же говорить о жителях других стран.
Живой пример к чему приводит такой подход к людям – действия экономических реформаторов (безусловно, в массе своей людей добросовестных, доброжелательных и очень образованных в своей узкой профессиональной сфере) в России начала 90-х. К таким инновациям и связанным с ними социальным изменениям людей необходимо специально готовить.
Очень хороший вариант такой подготовки – через ролевые игры. Последовательность действий здесь может быть такая. Вначале создается «технологическое» поселение, где его жители не просто живут с новыми технологиями, но и активно пытаются исследовать их возможности, социальные и психологические последствия. Они разыгрывают различные ситуации на основе этих технологий. После этого, когда досконально изучены все возможности и последствия этих инноваций, из жителей какой-нибудь деревни (проведя их самих через упрощенные ролевые игры) создается образцовое «технологическое» поселение. Потом проводится социальный PR среди аналогичных слоев населения. После проведения информационной подготовки – в это поселение привозят наиболее «продвинутых» жителей из различных сельских населенных пунктов. Они там живут какое-то время и в рамках специально разработанной ролевой игры «привыкают» к новым технологиям. После этого в их поселениях устанавливают пробные варианты технических устройств на основе нетрадиционных технологий и проводят еще более простой вариант адаптационной ролевой игры.
Конечно, если говорить о российской глубинки, ролевые игры по внедрению малой солнечной энергетики дело очень и очень отдаленного будущего. Более реальный вариант – внедрение биогаза в широкое использование его деревенскими жителями.
Для сельской местности газ весьма актуальный и больной вопрос. Приведу такой приме. В тверской области на сегодня газифицировано только около 50% населенных пунктов (и то только благодаря энергичному проталкиванию процесса новым губернатором – еще несколько лет назад дай бог было только30%). В остальные пункты газ доставляют в баллонах. При самом экономном использовании баллона только для приготовления пищи, как рассказывали сами жители, его хватает на 2 месяца. Стоимость баллона около 300 рублей. В некоторых деревнях ежемесячный доход до сих пор не превышает 500 рублей. Здесь биогаз мог решить многие проблемы, и прежде всего с отоплением зимой.
Грубо говоря, для биогаза и всего-то то надо: яма, прикрытая крышкой, куда стекали бы отходы жизнедеятельности людей; и трубы, по которым выходил бы получающийся газ. Затраты совершенно копеечные (особенно при конструировании по принципу «сделай сам»). Идея существует уже десятилетия. Помню еще в середине 80-х в популярном журнале, с научно-техническим уклоном «Моделист-конструктор» читал статью о том, как своими силами, из простейших подручных средств можно сделать прибор для обеспечения биогазом одной сельской семьи.
С биогазом – это были бы только первые шаги. Значительно более острее и актуальнее стоит вопрос с жилыми помещениями и строительством вообще. Сегодня уже существуют дешевые и доступные технологии. Можно вспомнить те же «надувные» стадионы МЧС, передвижные госпитали из мобильных модулей у того же МЧС и т.д. и т.п.
Технологии есть. Есть очень много технологий, которые при самых минимальных затратах могут резко повысить качество жизни людей (причем тех людей, которые живут в очень ужасных условиях в сельской местности). Проблема в том, что эти люди плохо воспринимают все инновации. Нет эффективных технологий, которые бы наглядно, доходчиво, убедительно показали бы им преимущества новых технологий и нового образа жизни, связанного с ними. И которые не только научили бы их пользоваться этими новшествами, но и создали устойчивую привычку к ним. Эти технологии были бы одним из оптимальных вариантов решения «основной проблемы» либерализма: как сделать так, чтобы большинство научилось решать свои проблемы своими силами, с минимальной помощью государства и ли других людей. Мало дать удочку вместо готовой рыбы. Надо научить, как этой удочкой пользоваться. И мало того - надо помочь выработать устойчивую внутреннюю готовность и мотивацию этой удочкой пользоваться.
Мне представляется, что именно на основе ролевых игр живого действия можно, скорее всего, создать такие социальные технологии. При помощи таких технологий уже сейчас можно было бы внедрять многие актуальные технологии жизнеобеспечения людей, которые уже сейчас, при самых минимальных вложениях (например, в рамках тех же национальных проектов) могли бы существенно повысить качество жизни малообеспеченных людей.

Теперь по поводу адаптации к социальным инновациям в самом широком плане. Если исходить из противопоставления революционных изменений общества «социальной инженерии», то ролевые игры живого действия как инструмент социальных инноваций, наиболее органично бы вписывались во второй полюс – полюс «социальной инженерии». «Социальная инженерия», например, в изложении одного из ее «отцов» К. Поппера- это, прежде всего очень мелкие (со скрупулезным выверением и строгим эмпирико-научным обоснованием каждого шага), но непрерывные и, по-возможности, систематичные шаги по преобразованию общества. Каждый раз очередной шаг, преобразует лишь маленький кусочек общества.
Именно в рамках ролевых игр в малом локальном пространстве, с малым числом людей можно предварительно отрабатывать конкретные кусочки социальных инноваций, которые затем будут внедряться в реальной жизни.


6. Отработка технологий и моделирование возможных решений крупных межкультурных, межконфессиональных, межрасовых и т.д. конфликтов.

Мир, который изобразил Толкиен в своих книгах много расовый и много культурный мир. Его произведения насыщены описаниями межкультурных и межрасовых столкновений и попытками конструктивного решения их. Видимо на него отложил большой отпечаток (причем, скорее всего не в детстве, а уже в зрелые годы, когда он, по всей видимости, много и глубоко размышлял о своей идентичности) факт его рождения в Южной Африке, насыщенной множеством расовых групп и культур.
В Южной Африке конфликт между ними достиг такой остроты, что встал вопрос о необходимости прекращения существенных контактов, автономном развитии каждой из них, независимо от всех остальных. В результате возникла политическая система апартеида (раздельного существования и развития различных рас).
Первая попытка реализации такой идеи оказалась чрезвычайно неудачной. В одном понятии смешали культурные различия (которые в условиях Земли и имеют самое важное значение) и расовые различия (которые сейчас и в ближайшей перспективе на Земле совершенно незначительны). Реальный конфликт был не между расами, а между культурами. И разводить друг от друга с выстраиванием между ними временных непроницаемых перегородок, нужно было не расовые, а культурные группы. Кроме того, такая изоляция оказалась весьма неполной и осуществляемой преимущественно в интересах одной группы, а не всех.
В ситуациях очень далеко зашедшего конфликта культур, полная изоляция культур друг от друга на равных условиях и на относительно длительный, но ограниченный период времени – по всей видимости, главные условия успеха погашения конфликта. Кстати, Толкиен и продемонстрировал эту технологию в своих книгах – раздельное, равноправное, без существенных контактов, проживание эльфов, гномов, людей, хоббитов и.т.д. В рамках ролевых игр, и в рамках толкиенистики, весьма просто было бы изучать возможные применения такой технологии и отрабатывать реальные возможности решения таких существующих сегодня и весьма значимых для всех многонациональных сообществ проблем.
Но разделение миротворцами воюющих сторон, полная обоюдная изоляция враждующих культур (те же евреи и палестинцы) – это лишь временная технология преодоления острейшего конфликта, лишь тактическая технология конфликтологии.

Культуры Европы, России, США складывалась изначально на стыке многих культур и впитали в себя практически все оптимальные культурные достижения человечества. По сути дела эти культуры вышли за рамки какой-то конкретной культуры. Они являются полем для взаимного проживания и сотрудничества совершенно различных культур. Единственное императивное требование, которое они предъявляют для всех – уважение чужих культурных различий, признание права существования любых культурных явлений, которые сами не посягают на право существования других культурных явлений.
Основная идея, дух этих надкультур – примирение, обеспечение бесконфликтного сосуществование и в предельном случае – кооперация различных культур в общих границах и рамках. Но сегодня уже не достаточно существующих технологий для сосуществования различных культур и субкультур в поле этих надкультур. Отсутствие новых, соответствующих современным условиям технологий, делает реальной угрозу распада этих культурных полей. Опять же, в рамках ролевых игр можно было бы осуществлять все стадии научно-исследовательских и «опытно-конструкторских» работ по созданию таких технологий.


7. Отработка технологий культурной ассимиляции мигрантов.

Ксенофобия по отношению к мигрантам из других стран и тем более культур имеет свои достаточно объективные причины, что конечно никак не оправдывает ее крайних насильственных проявлений. Мигранты (особенно мигранты из культур развивающихся стран) достаточно заметно отличаются от представителей коренной культуры. Культуры многих развивающихся стран сами по себе, на массовом уровне, насыщены ксенофобией и крайней нетерпимостью к культурам, отличающимся от них. Тем более, оттуда не часто приезжают наиболее образованные и креативные личности, легко адаптирующиеся в новых условиях. В силу этого многие мигранты из развивающихся культур не желают принимать правила поведения, и уважать культуру коренных жителей и даже сами стараются навязывать свои культурные нормы им. Причем, как показали недавние события во Франции, они потенциально имеют выраженную склонность делать это достаточно агрессивным способом. По сути дела часть из них мало, чем отличается от коренных неофашистов, и по своей сути исповедуют ту же фашистскую идеологию (наиболее яркое и отчетливое проявление этого – заявление представителей современных тоталитарных и фашистских, по своей сути, режимов, что евреев надо уничтожить).
Нужна система отбора и «культурной ассимиляции» вновь приезжающих мигрантов в Россию, ЕС и США. Ныне существующие системы не показали достаточной своей эффективности в этом вопросе. Нужно разрабатывать новые технологии ассимиляции мигрантов к принимающей их культуре (с максимально возможным сохранением при этом их собственной культурной идентичности). Например, можно организовывать временные поселения для желающих мигрировать, где бы для них проводились специальные ролевые игры. В ходе таких игр они постепенно приучались бы к принимающей культуре, у них вырабатывалась привычка уважения к иным культурам и установка на соблюдение важнейших ограничений на проявление собственной культурной идентичности, принятых в рамках принимающего общества.


8. Отработка технологий «культурной ассимиляции» экстремистски настроенной молодежи к культуре России и иных культур европейского типа.

Многих людей с вполне либеральным мировоззрением совершенно не устраивает нетерпимое поведение части мигрантов, и их попытки навязать свои ценности и свою культурную идентичность принявшему их обществу, но вместе с тем их еще меньше устраивает то, как эту проблему предлагают решать фашисты с другого полюса – ультраправые группировки.
Никто из этих людей не хочет жить при средневековых законах, царящих в некоторых культурах третьего мира. Но и никто из них не хочет жить при средневековье, которое предлагают устроить ультраправые, в качестве защиты от вторжения ксенофобских и нетерпимых, в основной своей массе форм иных культур. Сейчас существует вакуум в идеологии, отражающий точку зрения этой наиболее значимой части общества. Ни одна из идеологических систем ХХ века не дает удовлетворяющего эту группу населения ответа на эту проблему. В ходе ролевых игр, можно было бы отыгрывать любые возможные, любые фантастические общественные движения, открывать и опробовать в них системы мировоззрений необходимые в XXI веке.

Совершенно ничем не отличаются друг от друга и беснующиеся мигранты, объясняющие свое поведение, тем, что им принимающее их общество не обеспечило достойного социального статуса, и беснующиеся наци – «дети рабочих окраин», объясняющие свое поведение практически тем же самым. Нужен системный подход по борьбе с обеими разновидностями фашизма и фашизмом мигрантов и фашизмом против мигрантов.
Здесь задача перед ролевыми играми живого действия – организация таких ролевых игр, которые бы противодействовали распространению фашистских идей и социальных движений, и способствовали бы выращиванию антифашистских институтов гражданского общества.

Впрочем, проблема фашизма мигрантов более актуальна сейчас для Европейского Союза, чем для России. В России же на ближайшие годы будет подавляюще актуален местный фашизм. В России значительно меньше, чем в той же Европе объективных причин для ненависти к мигрантам. В основной своей массе мигранты в России – это забитые, униженные и совершенно бесправные люди, очень далекие от агрессивного высказывания своих претензий к принявшему их обществу. Что же касается ксенофобии в отношении нерусских национальностей со стороны агрессивной молодежи «с рабочих окраин» - выскажу здесь несколько неожиданную мысль. На самом деле мигрантами в современную культуру России являются они сами. Они являются инородным телом в российской культуре. Они сами должны приспосабливаться к культуре России и принять правила игры принятые в нашей культуре. В противном случае они должны быть отторгнуты как «инородцы» (которых они так страстно хотят изгнать), лезущие со своим уставом в чужой монастырь.
Как и во всех развитых странах, они должны пройти культурную ассимиляцию и заслужить право жить в русской (российской) культуре.
Для этого следует проводить для них, в том числе, и ролевые игры, в которых они бы перевоплощаться в представителей других культур, и оказываться в роли унижаемых и дискриминируемых представителей других наций. Мотивация их участия в таких играх – альтернатива уголовному и административному преследованию за противоправные действия на национальной почве, с развлекательной целью и т.д.
Эти игры должны строиться таким образом, чтобы участники проигрывали свою роль и психологически, а не только в плане внешней игры, чтобы они переживали унижения и дискриминацию на национальной почве (разумеется, без реального унижения их достоинства и личности). Только такие игры должны создаваться профессиональными педагогами и психологами, что бы в ходе игры не добиться обратного эффекта.
В качестве иллюстрации этого положения: Мне рассказывали, что несколько лет назад под Питером скинхеды провели ролевую игру, где они имитировали концентрационный лагерь. Не думаю, что те, кто внешне играл в нем узников, переживали свою роль и в психологическом плане. Скорее всего, все: и те, кто играл заключенных, и те, кто играл охранников, переживали все с точки зрения палачей, а не их жертв. После такой игры их нетерпимость и агрессивность только увеличились.

Очень тяжело и весьма сомнительно с этической точки зрения кардинально менять мировоззрение более или менее сложившихся, пусть и молодых людей. Возьмем, к примеру, тех же молодых участников различных правоэкстремистских групп. Было бы наивно пытаться полностью искоренить их националистическое, расистское, ксенофобское мировоззрение. Более разумно было бы продемонстрировать молодым участникам этих объединений большую пользу для них более умеренной позиции, исключающую социально опасные формы поведения. Нужно, не пытаясь полностью изменить систему их идей, побудить их отказаться от культа насилия и голого авторитаризма. Нужно научить и показать преимущества отстаивать свои взгляды ненасильственными методами.
Например, проводить с ними ролевые игры, в ходе которых они обучались эффективным ненасильственным формам защиты своих прав и отстаиваний своих убеждений.

Нужно показать им, что совершенно не оправдан, современными историческими условиями такой атавизм националистического мировоззрения как антисемитизм.
Антисемитизм сегодня (в отличие, например от исламофобии) не имеет никаких объективных оснований в сегодняшних российской и европейской культурах. Евреи (в отличие от тех же мигрантов из развивающихся стран) ничем - ни внешним видом, ни манерой поведения, не отличаются от европейцев или коренных жителей России. Это люди достаточно толерантные. В основной своей массе они уважительно относятся к неагрессивным формам любых культур. Это 100% русские, европейцы, американцы.
Государство Израиль – это вполне европейская страна. Культура этого государства – полноценная часть европейской культуры. Особенно наглядно это проявилось во время эвакуации еврейских поселений осенью прошлого года, которые прошли практически полностью исключительно в виде ненасильственных форм сопротивления, и применения к протестующим крайне мягких форм физического насилия. Что может быть лучшим свидетельством высокой толерантности и либерализма культуры Израиля, свидетельством принадлежности к одним из лучших образцов европейской культуры?
Когда современные нацисты проповедуют антисемитизм – это, выглядит весьма нелепо, по крайней мере, если последовательно исповедовать их собственное же мировоззрение - борьбу с «инородцами» (чем больше «инородец» иной, тем больше с ним надо бороться). Ведь евреи тогда будут стоять самыми последними в списке «инородцев». А на первых местах должны будут стоять те «инородцы», которые в наибольшей степени, отличающиеся от культуры, защищаемой ультраправыми, и те, которые в наибольшей степени агрессивно противостоят их культуре. А получается, что эти сверхзащитники своей национальной культуры идеологически объединяются в своем антисемитизме с самыми главными (с точки зрения их идеологии) своими врагами.
И именно в рамках ролевых игр живого действия можно наглядно и убедительно продемонстрировать им противоречивость их позиций в весьма изменившемся с 30-х годов ХХ века мире. Например, предложив им отыграть существенные элементы современной еврейской культуры и иных культур и предложить сравнить их между собой и с защищаемой (по их мнению) ими культуры.


9. Отработка новых форм гражданского общества (например, отработка более продвинутых форм демократии – чем ныне наиболее распространенные формальные (представительные) демократии.


Индустриальное общество в соответствии со своими базовыми технологическими принципами (стандартизацией, унификацией и специализацией) создало свою главную политическую технологию – формальную, представительную демократию. Эта технология вполне органично вписывается в рамки высокоразвитых индустриальных обществ. В рамках начинающих и не устоявшихся индустриальных обществ - так же как и переходящих в постидустриальную фазу – она дает существенные сбои, и при слишком настойчивом и прямолинейном применении единого стандарта ведет к разрушению общества. Наилучший пример – США. Страна, которая, безусловно, в плане предоставления максимальному числу своих граждан максимальной возможности влиять, ушла далеко вперед от всех остальных.
США первыми совершили прорыв в постиндустриальное общество, и элементы этого общества составляют сегодня значительно более существенную часть Америки, чем в какой-либо другой стране. И вот из-за все быстрее нарастающего объема этой ее постиндустриальной части, рамки самой совершенной и отлаженной в мире формальной демократии дают существенные сбои. Формальная демократия уже стала тесна для выражения интересов постиндустриальной части общества. Она оказалась недемократичной, относительно тех значительно более широких форм возможностей влияния простых граждан, которых требует постиндустриальное общество.
Наиболее развитые страны требуют сейчас значительно более утонченных и сложных политтехнологий.
Сохранение в неизменном виде старой основной политтехнологи в скорой перспективе (в ближайшие 10-20 лет) может поставить под вопрос дальнейшее существование этих сообществ и привести к существенной деградации всей человеческой цивилизации. Новые политические технологии демократии должны значительно увеличить у простых граждан чувство своего влияния на все процессы общества; интегрировать в направлении социально значимых целей интересы множества субкультур и групп, чрезвычайно увеличивающихся по разнообразию и количеству. Они должны поставить эффективный ненасильственный заслон на пути вторжения в развитые общества агрессивно растущих более простых форм политической культуры, как рождающихся внутри – и идущих от отстающих слоев населения, так и идущих извне.
Здесь широкое поле деятельности для живых ролевых игр, в ходе которых можно будет перебрать за очень короткое время огромное количество всех мыслимых вариантов. Изучить их в глубину, и в ширину (в плане возможной цепи последствий). Выбрать для практического использования лучшие из них и провести их предварительную «обкатку».

Приходят к провалу попытки внедрения стандартной демократической технологии в странах, где еще индустриальная стадия и не начиналась (Афганистан) или произошел только недавний переход на индустриальную фазу (Ирак, Иран). В таких обществах может получиться лишь декорация стандартной западной демократии, манипулируемой внешними или внутренними влиятельными группами. Либо такая попытка приводит к откату назад, и установлению более устраивающих население, но и более ограничивающих возможности его влияния, старых политтехнологических форм доиндустриального общества.
Россия в плане уровней развития своего общества находится в уникальном положении. Китай (пример которого так любят приводить сторонники прямолинейно жесткого курса) или Индия не могут быть сравниваемы с ней в этом отношении. В Китае существуют, фактически 2 страны, искусственно пока еще скрепляемые в одну невероятными усилиями коммунистической партии: индустриально развитый 200-300 миллионный восток страны, и внутренние районы, где 800 миллионов человек пашут на волах как и 2-3 тыс лет назад. А Индия – это архипелаг городов с европеоидной культурой и ок. 100 млн. вестернизированных жителей в окружении океана из миллиарда абсолютно нищих во всех отношениях людей.
Россия же это преимущественно неустоявшееся и крайне нестабильное индустриальное общество с очагами прорастающего постиндустриального общества, и очагами физически вымирающего доиндустриального. В этих условиях установление «с первой попытки» стандартной политтехнологи, эффективной в рамках наиболее совершенных и устоявшихся индустриальных обществ, привело к общей деградации общества. В итоге пока в России существует лишь декорация таких технологий. Но дальнейшая прямолинейная попытка продавливания этих политтехнологий, в ближайшей перспективе, приведет к откату общества к значительно более простым и привычным для отстающей части населения, технологиям политики. В истории уже был пример, когда не устоявшееся индустриальное общество имело далеко опережающую его возможности излишне демократичную политтехнологическую систему. В итоге, масса совершенно не приспособленных к этим технологиям граждан выбрала террористический авторитарный режим, с концентрационными лагерями вместо абсолютно свободных общественных дебатов, и, в конечном итоге, разрушение базовых основ своей жизни.
Ролевые игры живого действия в этом аспекте имели бы большое значение, как форма обучения политической культуре масс людей (особенно молодых – не имеющих стойко усвоенных атавизмов и стереотипов, не отвечающих нынешнему времени). Именно этот путь может быть оптимальным путем развития демократии в России, а не искусственное «выращивание» демократии на улицах.


10. Участие в прорывных проектах человечества: Освоение марса. Поиск внеземных цивилизаций.

Недавно в одной популярной книге прочитал описание одного экзотического социального эксперимента. В 2000 году группа энтузиастов из частной некоммерческой организации «Общество изучения Марса» поставили на себе эксперимент. Они выбрали один из арктических островов Канады, условия, на котором, очень напоминали некоторые условия на Марсе из-за голой каменистой поверхности и круглогодичных минусовых температур. Там они построили поселок из сборных конструкций, палаток и жилых куполов – таких, какие предположительно должны будут использоваться в будущих колониях-поселениях на Марсе. Вне помещений они передвигались в скафандрах. Ездили по территории острова на вездеходах имитирующих будущие марсоходы. Главная их цель была отработать условия проживания людей в будущих колониях-поселениях на Марсе. (Чем не ролевая игра живого действия.) Этот проект осуществлялся при поддержке и участии НАСА.
То же НАСА предлагает (при соответствующем финансировании его деятельности), как вполне реальные проекты, восстановление на Марсе в течение 50-100 лет атмосферы и водной оболочки. В связи с этим, можно предложить провести ряд масштабных и достаточно длительных ролевых игр, имитирующих культуры, которыми в будущем (через эти 50-100 лет) можно будет заселять Марс. Результатом таких игр должна была бы стать разработка вполне реальных и жизнеспособных культур Марса. Поддержка - от Российских космических агентств и НАСА, игроки-энтузиасты – от ролевого движения России.
Другое возможное направление. В свое время осуществлялись программы CETI и SETI (соответственно: программа установления контакта с внеземными цивилизациями и программа их поиска). Стратегии реализации этих программ существенно зависели от принятых в качестве допущения особенностей психологии и культуры, доступных для поиска, внеземных цивилизаций. Для лучшего обоснования таких суждений можно было бы проводить ролевые игры, в которых моделировались бы эти предполагаемые психологические и культурные явления.

Если обобщить все сказанное, можно выделить 2 основных направления практического приложения ролевых игр (значительно более масштабного чем сегодня и совершено другого уровня) для удовлетворения значимых интересов общества.
Первое. Главное отличие человека от животного в том, что он создает модели. Прежде чем изменить какой то кусочек мира в реальности – он создаст модель этого кусочка мира (не важно в своей ли голове или на внешних носителях). И он начинает изменять эту модель. Он изменяет ее до тех пор пока не получит желаемый результат или не поймет, что это пока сделать невозможно. Найдя нужный способ изменения модели он использует его для изменения этого кусочка мира. В рамках общества в целом такими моделями могут стать ролевые игры. Вначале, в ходе ролевых игр, будут отрабатываться необходимые изменения в обществе или новые общественные институты, новые культуры и т.д. А затем опробованное и изученное в ролевой игре будет переноситься в реальные изменения общества. Так можно будет избежать очень много ошибок и неудач при необходимых общественных инновациях.

Второе. Польза обществу от позитивных изменений самих участников непосредственно в игре. Это и повышение удовлетворенности жизнью многих участников от активного отдыха на игре. И снятие психического напряжения у массы людей. И увеличение количества более успешных и приспособленных людей, получивших новые, годные к немедленному практическому применению, навыки и знания в ходе игры. И появление множества людей получивших новый опыт - пусть даже фантастический и не всегда непосредственно применимый в реальной жизни - но такой опыт расширит их мышление сделает более творческими людьми. В самом общем плане польза для дальнейшего развития общества от повышение общего развития личности и творческой самореализации большой массы людей.

Дмитрий Краевский, Тверь, февраль 2006 г.



Автор: Дмитрий Краевский
Написал: Ogion Писолетец   Дата: 2009-05-25 23:11
Комментарии: (11)  
Страница создана за 0.096 секунды

Powered by Seditio
Design by Neocrome.ru